ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ПРОЕКТ На главную



 

Наш горький дух пророс из тьмы, как травы,

В нем навий яд, могильные отравы.

В нем время спит, как в недрах пирамид.

Максимилиан Волошин

 

Он сказал: довольно полнозвучья, --

Ты напрасно Моцарта любил:

Наступает глухота паучья,

Здесь провал сильнее наших сил.

Осип Мандельштам

 

С точки зрения концепции глобального эволюционизма возникновение и существование нашей Вселенной характеризуется постоянным развитием в направлении повышения уровня организации ее вещества. Научная картина мира знает четыре уровня организации вещества Вселенной: физический, химический, биологический и социальный.

Вполне, однако, уместно попытаться продолжить этот ряд в обе стороны и поставить вопрос о возможности существования дофизического и сверхсоциального уровней организации бытия.

Что касается дофизического уровня, то черты его строения естественнее всего, на наш взгляд, искать в исследованиях физического вакуума: все чаще появляются публикации вполне серьезных исследователей (работающих физиков, отнюдь не фантастов), где физический вакуум характеризуется как сверхсложная самоорганизующаяся реальность, раскрывающаяся исследователям столь специфическими аспектами, которые дают повод квалифицировать эту реальность с помощью таких понятий, как «живое» и «разумное»   [1].

Подобные неожиданные для науки физики сюжеты наводят на мысль о том, что вопрос о существовании как дофизического, так и сверхсоциального уровней организации - это не две самостоятельные проблемы, а два аспекта одной проблемы – проблемы космических оснований феномена жизни и разума. Такое понимание проблемы позволяет сформулировать по аналогии с антропным принципом современной физики, так сказать « сверхантроппый » принцип глобального эволюционизма: дофизический уровень организации устроен именно так, что только при таких его свойствах во Вселенной возможно возникновение и развитие сверхсоциального уровня организации бытия.

Проблема существования сверхсоциальной реальности своими возможностями намного превышающей возможности человека и человечества волновала людей издревле. Можно сказать, что представления о сверхсоциальной реальности, подчас окрашенные весьма эмоционально, сопровождают человека на всем пути его существования. При этом основной массив указанных представлений сформировался и доныне здравствует в лоне религиозно-мифологической традиции. Представляется, однако, интересным поставить проблему сверхсоциальной реальности в рамках научной картины мира и подойти к ее решению с позиций концепции глобального эволюционизма.

Первый вопрос который здесь возникает: возможно ли появление и существование сверхсоциальной реальности в принципе?

На наш взгляд, ничто не мешает ответить на этот вопрос утвердительно. Утвердительный ответ на этот вопрос, в свою очередь, ставит нас перед проблемой описания условий возникновения и характерных черт строения сверхсоциального уровня организации.

Содержательно подступиться к решению столь сложной задачи возможно на основе некоторых представлений философской теории отношений (предложенной в свое время профессором ЛГУ В. И. Свидерским [2]).

Ключевым для нас будет проводимое в этой теории представление о различии понятий связи и отношения.

Под связью здесь понимается процесс осуществления контакта элементов структуры, реализуемый либо в непосредственном взаимодействии элементов, либо с помощью того или иного агента связи.

Отношением будем называть взаимную структурную ответственность элементов (их со-ответствие ), обусловленную самим фактом их появления и пребывания в рамках того или иного целого. Конкретное содержание отношения элементов определяется их местом или чином (греч. ταξις ) в устройстве («строе») того или иного целого.

Отношения и связи не безразличны друг другу. В частности, для нас здесь важен тот факт, что отношения способны направлять в определенное русло, канализировать протекание процессов осуществления связи.

Например, с полицейским, и вообще с представителем власти, мы ведем себя с известной осторожностью, поскольку на непосредственность контакта накладывают ограничения наши позиции в социальной структуре.

Динамическое единство отношений и связей (в рамках определенного целого) будем называть способом взаимодействия.

Таким образом, опираясь на представления о различии содержания понятий связи и отношения, можем выдвинуть предположение о том, что возникновение нового, более высокого уровня организации бытия связано с образованием особых переходных (буферных) структур, целостность которых базируется на онтологически расщепленном способе взаимодействия элементов. Иными словами, в рамках подобного типа целостностей отношения и связи находясь в неразрывном единстве, принадлежат, однако, к разным уровням организации бытия, причем в случае прогрессивного развития на более высокий уровень организации выходят, как правило, отношения.

Как уже отмечалось, на достаточно высоких уровнях организации отношения приобретают способность канализировать и даже контролировать осуществление связей, иными словами, способность манипулировать, как бы «играть связями». Благодаря этой способности, связи, в рамках рассматриваемых буферных целостностей, оставаясь верными своей   природе   ,вынуждены, однако, расставаться со своей онтологической идентичностью переходя от онтологически аутентичного к манипулятивно-игровому, так сказать, подвешенному (взвешенному) способу существования.

Подобную картину мы можем наблюдать, например, при переходе от химического к биологическому уровню организации бытия.

В самом деле, в биологической клетке связи между молекулами принадлежат химическому уровню организации, однако взаимная структурная ответственность молекул имеет здесь онтологически иной - биологический - смысл, т.е. отношения в клетке принадлежат к более высокому уровню организации бытия, нежели связи. Таким образом, хотя при переходе от химического к биологическому уровню организации мы не наблюдаем ничего, кроме все той же химии, т.е. химических молекул, связанных все теми же ионными и ковалентными связями, все же понимаем, что на базе химии, посредством химических связей, играя ими и как бы сквозь них появилась, задышала и неуклонно разворачивает свою специфическую, неведомую для химии, не по химическим принципам организованную, активность новая «звезда» космической жизни - биологический организм.

Возвращаясь к проблеме возникновения и существования сверхсоциальной реальности можем уже различить кое-какие контуры организации существ, образующих «плоть и кровь» этой реальности. Едва ли они напоминают грезы позапрошлого века. Сверхчеловек Фридриха Ницше - белокурая бестия на горячем скакуне - это в общем-то детский лепет. Нет - все те же люди, никого кроме людей, объединенных все теми же человеческими связями и заботами... но только в гуще и сутолоке людской, на волне технического прогресса, без громких объявлений, скорее всего вообще без какого-либо афиширования, появляются элитарные, замкнутые (однако, неуклонно расширяющие сферу своего влияния) системы коммуникаций, в рамках которых вполне человеческое, человечески-серьезное культурно-знаковое взаимодействие приобретает характер странной принципиально непонятной игры. Человеческая культура и человеческие ценности в этой игре не отметаются, но оказываются как бы взвешенными в каком-то озадачивающе-безбрежном информационном пространстве коллосальной степени емкости. (Кстати, наш Интернет здесь, возможно, первая ласточка – робкая, неуклюжая проба пера). Допустив образование подобного рода квазисоциальных структур, даже в случае всеобщего осознания опасности подобного рода игр, избавиться от таинственных новообразований (во всяком случае, чисто человеческими усилиями) по-видимому, будет просто невозможно: человеческих ресурсов для этого может оказаться недостаточно в принципе.

Таким образом, проведенный анализ позволяет сделать вывод о том, что буферная структура, образующая элементарную ячейку сверхсоциального бытия, представляет собой определенное сообщество людей, внешне связанных между собой вполне человеческими связями. Однако, фактические отношения между людьми, определяющие онтологический статус указанных связей и канализирующие их осуществление (в рамках целостности подобных коллективных новообразований), имеют уже нечеловеческий характер.

По-видимому, наиболее близко, с позиций концепции глобального эволюционизма, подошел к подобному пониманию механизма возникновения и характерных черт устроения сверхсоциальной реальности Пьер Тейяр де Шарден в своем вдохновенном репортаже посвященном замыканию (можно сказать, энерго-информационному коллапсу) развивающегося человечества в единый суперколлектив под бессрочное руководство таинственного состояния Омега[3]. (Заметим, что христианский характер концепции Тейяра, если иметь в виду ее реальную духовную суть, вызывает у нас серьезные сомнения).

В этом контексте можно также вспомнить Le Grand Être Огюста Конта, суператтрактор современных теорий социальной синергетики[4] и т.п.

Мы же, со своей стороны, предлагаем, в качестве собирательного обозначения базовых элементов (элементарных ячеек) сверхсоциальной реальности и их объединений в более сложные структуры, воспользоваться словом Зона, с написанием с большой буквы, как имя собственное.

На наш взгляд, образ стоящий за словом Зона имеет глубокую архетипическую природу. Кстати сказать, одними из пионеров в осмыслении архетипического содержания образа Зоны средствами искусства были писатели - братья А. и Б. Стругацкие и кинорежиссер Андрей Тарковский.

Соответственно, предполагаемый исторический период в течение которого происходит переход к зональному способу существования человека и человечества обозначим как эпоху появления Зон или просто - эпоху Зон.

В историческом отношении время эпохи Зон имеет не вполне обычный характер. Одна из замечательных особенностей этого периода состоит, на наш взгляд, в том, что это время конца истории, точнее даже ее обвала, провала - «дыры». В самом деле, в соответствии с вышеизложенным - процесс образования Зоны представляет собой своего рода энерго-информационный коллапс, в результате которого происходит замыкание горизонта человеческой активности - горизонта сущностного, смыслового, бытийного. Иными словами, Зона - это как бы «черная дыра» истории. Из физики мы знаем, что, в случае гравитационного коллапса, вблизи черной дыры для внешнего наблюдателя значительно замедляется течение времени, а в центральных областях время останавливается, замирает вовсе. По аналогии с гравитационным коллапсом можно предположить, что в зональную эпоху течение исторического времени замедляется, история начинает буксовать, а внутри Зоны историческое время вообще останавливается - история как бы засыпает: общественная жизнь принимает какой-то виртуальный оборот - серия, на внешний взгляд, бессвязных картин и событий, то приятных, то ужасных, не вызывающих однако ни у кого ни малейшего удивления своей бессвязностью.

Необходимо отметить, что эффект «конца истории» заметен только для внешнего наблюдателя. Для собственно человеческой деятельности эпохи Зон все остается по-прежнему: повторяем – никого кроме людей как не было, так и нет, и люди живут своими человеческими, в духе времени, заботами, преследуют свои (как им кажется) насущные интересы. Разница, по сравнению с предыдущими эпохами, лишь в том, что события их жизни перестали быть историческими - они стали физиологическими: естественными отправлениями физиологической активности Зон. Еще раз отметим, что появление Зон, именно как Зон, может никто и не заметить - просто изменились стиль и качество жизни, многие сложнейшие проблемы стали решаться красиво и просто, как бы даже сами собой, спало напряжение борьбы за существование. Одним словом - «жить стало веселее, жить стало лучше».

Ф.М. Достоевский как-то заметил, что человек - это существо, которое ко всему привыкает. Так что вполне приученный, привыкший к быстрым переменам человек эпохи научно-технического прогресса, по-видимому, сможет принять зональный способ существования как нечто само собою разумеющиеся уже в первом поколении, не говоря о последующих.

Возвращаясь к разговору об особенностях течения исторического времени в эпоху Зон заметим, что в онтологическом отношении эффект «конца истории» может быть интерпретирован как темпоральная метаморфоза: течение времени внутри Зон теряет качественные свойства времени типа « хронос » и приобретает свойства времени типа «Эон».

Изменение качества темпоральности, в свою очередь, может повлечь за собой качественные сдвиги в духовной идеологии эпохи Зон.

Отныне свои надежды на вечность цивилизация и ее насельники начинают связывать с зональной активностью и непосредственно с Зоной как существом (в том виде, в котором идеологи цивилизации могут ее чувствовать и понимать). Максимальная идентификация с Зоной, погружение в ее глубины и тайны зонально продвинутых людей и сообществ, вселяет в них надежду на тотальный выход из потока перемен и преодоление смерти. Правда, внимательный сторонний наблюдатель заметит, что подобный зонально-космический аналог вечности в недрах «черной дыры» истории представляет собой отнюдь не вечную жизнь традиционных религий, но скорее вечную смерть в духовном смысле этого слова. Кажется, начинаешь понимать смысл таинственных слов Септуагинты : «посадил мя еси в темных, яко мертвые века». Да и сама эта зональная вечность отнюдь не безгранична - ее временные границы совпадают с временем существования Зоны.

Остается вопрос: насколько неотвратимо наступление времени эпохи Зон?

На наш взгляд, избежать зональности едва ли удастся, поскольку зональность, по-видимому, необходимая ступень в процессе развития человечества. Иными словами, появление Зон можно трактовать как актуализацию одной из духовно-космических страт, в которую переходит взрослеющее человечество в результате определенных процедур инициации.

Эти последние, скорее всего, и определяют собой глубинный смысл грядущего КРИЗИСА человека и человечества. Да, именно грядущего, ибо кризисные явления в жизни современного глобального сообщества едва ли можно всерьез характеризовать как кризис: скорее это предкризисное явление. В то же время тенденции развития современного общества позволяет с большой долей уверенности прогнозировать наступление такого состояния, которое можно квалифицировать как ГЛОБАЛЬНЫЙ КРИЗИС человечества.

В сложный структуре упомянутого КРИЗИСА можно выделить два аспекта, характеризующие его «экологическую» составляющую:

•  Природно-экологический кризис связанный с дисбалансом во взаимоотношениях природы и общества (кризис угрожающий деградацией природы, как среды обитания и исчерпанием природных ресурсов).

•  Кризис культурно-экологический, связанный с дисбалансом во взаимоотношениях культуры и цивилизации (кризис угрожающий исчерпанием ресурсов антропности и деградацией самого человеческого начала в человеке).

Если природно-экологический кризис ставит под вопрос геобиологическую идентичность человека и человечества, то кризис культурно-экологический - проблематизирует саму антропную идентичность последних.

Принимая во внимание метафизические аспекты одного из важнейших принципов концепции глобального эволюционизма - антропного принципа современной физики, напрямую связывающего космогонические процессы с фактом существования человека и человечества, естественно предположить, что утеря человеком своей антропной идентичности, как одно из вероятных последствий КРИЗИСА, затронет самые интимные струны процессов миротворения .

На этом пути человек имеет немалый шанс потерять свою человеческую самостоятельность, свое суверенное место во Вселенной и превратиться в своего рода «разменную монету» на рынке сверхсоциальной активности.

Предложенный ракурс рассмотрения позволяет сделать несколько неожиданный вывод о том, что грядущий глобальный КРИЗИС имеет не только общечеловеческое, но общекосмическое значение и масштаб его глобальности - это не столько глобус Земли, сколько глобус Вселенной: именно весьма непростые взаимоотношения земного и космического и образуют, на наш взгляд, тайную пружину и главную интригу того феномена, который можно обозначить как глобальный культурно-экологический кризис.

В связи с этим возникает следующая проблема: человеку, чтобы сохранить в будущем, на сколько это возможно, свою видовую устойчивость, свою антропную идентичность, ядро антропности, в рамках любых спровоцированных активностью Зон видовых метаморфоз, необходимо иметь объективные представления о Зонах и способах их воздействия на людей.

Но что мы, собственно, можем знать об эпохе Зон? Способна ли Зона в принципе стать объектом научного изучения? Много ли отыщется среди продуктов нарастающего внушения действительно объективных знаний о зональности и эпохе Зон?

Очень мало и чем далее, тем менее.

Все же можно предположить, что зональность неоднородна по своей природе.

Более того, представляется возможным говорить об альтернативой зональности. Наряду с кратко обрисованным выше механизмом возникновения зональности, когда Зоны естественно, как грибы на дороге, прорастают на магистралях глобальной эволюции, существует, по-видимому, принципиально иные способы вхождения в эпоху Зон.

В частности, в русской философии имеется представление о соборности, как особой религиозно-духовной общности людей, в принципе не редуцируемой ни к каким типам социально-секулярных единств.

В 1929 году русский философ о. Павел Флоренский предложил термин «пневматосфера» для обозначения реальности альтернативной по отношению к «ноосфере» концепции глобального эволюционизма. По слову апостола Павла - «Господь есть Дух, а где Дух Господень, там свобода» (2 Кор ., З,17). Можно надеяться, что зональность зональности рознь и та таинственная реальность, которую мы условно обозначаем словом Зона способна быть не только зоной подавления свободы человека и самой его человечности, но и зоной любви к человеку, тем духовным воспитателем, который поможет созревающему человечеству вырасти в полный рост истинно человеческой аутентичности. И здесь вспоминаем об исконном значении греческого слова «κρίσις» - «суд», «решение», «выбор», «приговор». Нынешняя пред-КРИЗИСНАЯ и, возможно, пред-Зональная эпоха - это действительно «век бифуркаций» - время взросления человечества, время вступления в эпоху зрелости, в эпоху духовных инициации.

Закончим наши размышления пророческим словом Федора Михайловича Достоевского: «Вы чувствуете страшную силу, которая объединила тут всех этих бесчисленных людей, пришедших со всего мира, в единое стадо... Как бы вы ни были независимы, но вам отчего-то становится страшно... Это какая-то библейская картина, что-то о Вавилоне, какое-то пророчество из Апокалипсиса воочию свершающееся. Вы чувствуете, что много надо вековечного-духовного отпора и отрицания, чтоб не поддаться, не подчиниться впечатлению, не поклониться факту и не обоготворить Ваала»[6].

 


[1] См., например: Латыпов Н.В., Бейлин В.А, Верешков Г.М. Вакуум, элементарные частицы и Вселенная. М., МГУ, 2001.

[2] Свидерский В.И. О диалектике отношений. Л., ЛГУ, 1983.

[3] Пьер Тейяр де Шарден. Феномен человека. М., Наука, 1987.

[4] Бранский В.П., Пожарский С.Д. Социальная синергетика и акмеология . Теория самоорганизации индивидуума и социума. СПб, Политехника, 2001.

[5] В настоящее время немало говорится о кризисных явлениях в жизни современного общества и даже о его глобальном системном кризисе.

Однако происходящее ныне едва ли можно всерьез характеризовать как кризис: скорее это предкризисные явления. В то же время особенности развития современного общества позволяют с большой долей уверенности прогнозировать наступление такого состояния, которое можно квалифицировать как глобальный КРИЗИС человечества.

В сложный структуре упомянутого КРИЗИСА можно выделить два аспекта, характеризующие его «экологическую» составляющую:

•  Природно-экологический кризис связанный с дисбалансом во взаимоотношениях природы и общества (кризис угрожающий деградацией природы, как среды обитания и исчерпанием природных ресурсов)

•  Кризис культурно-экологический, связанный с дисбалансом во взаимоотношениях культуры и цивилизации (кризис угрожающий исчерпанием ресурсов антропности и деградацией самого человеческого начала в человеке).

Если природно-экологический кризис ставит под вопрос геобиологическую идентичность человека и человечества, то кризис культурно-экологический - проблематизирует саму антропную идентичность последних.

Принимая во внимание метафизические аспекты одного из важнейших принципов концепции глобального эволюционизма - антропного принципа современной физики, напрямую связывающего космогонические процессы с фактом существования человека и человечества, естественно предположить, что утеря человеком своей антропной идентичности, как одно из вероятных последствий КРИЗИСА, затронет самые интимные струны процессов миротворения .

На этом пути человек имеет немалый шанс потерять свою человеческую самостоятельность, свое суверенное место во Вселенной и превратиться в своего рода «разменную монету» на рынке сверхсоциальной активности

Предложенный ракурс рассмотрения позволяет сделать несколько неожиданный вывод о том, что грядущий глобальный КРИЗИС имеет не только общечеловеческое, но общекосмическое значение и масштаб его глобальности - это не столько глобус Земли, сколько глобус Вселенной: именно весьма непростые взаимоотношения земного и космического и образуют, на наш взгляд, тайную пружину и главную интригу того феномена, который можно обозначить как глобальный культурно-экологический кризис.

[6] Достоевский Ф.М. Зимние заметки о летних впечатлениях //Достоевский Ф.М., Собр. соч. в 10 т., Т. 4. М ., 1956, С. 93.

 

 

НА ГЛАВНУЮ ЗОЛОТЫЕ ИМЕНА БРОНЗОВОГО ВЕКА МЫСЛИ СЛОВА, СЛОВА, СЛОВА РЕДАКЦИЯ ГАЛЕРЕЯ БИБЛИОТЕКА АВТОРЫ
   

Партнеры:
  Журнал "Звезда" | Образовательный проект - "Нефиктивное образование" | Издательский центр "Пушкинского фонда"
 
Support HKey
Rambler's Top100    Яндекс цитирования    Рейтинг@Mail.ru