ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ПРОЕКТ На главную



 

Во-первых, в детской писательнице Александре Егорушкиной обнаружились два молодых автора и переводчика: Анастасия Бродоцкая и Вера Полищук. Неизбежен вопрос, который задавали всем соавторам, начиная от братьев Гонкур и заканчивая братьями Стругацкими: как ухитряетесь писать вдвоем?

 

А.Б., В.П.: Об этом нас часто спрашивают, но секреты писательской кухни – дело интимное, мы бы не хотели о них рассказывать.

 

Честно говоря, возникло подозрение, что за общее перо вы взялись из-за неудовлетворенности происходящим в современной детской литературой. А что с ней не так?

 

А.Б., В.П.: – C положением в детской литературе мы познакомились, пока писали свои книги (и переводили других авторов). Оказалось, что нам редкостно повезло с издателем. А общее положение дел ужаснуло. Главная беда сейчас – то, что в обществе и литературе больше нет понятия «не для детских глаз и ушей». В детях надо воспитывать мораль, они нуждаются в нравственных ориентирах, а большая часть нынешних книг дезориентирует, добро в них неотличимо от зла. Родители идут на поводу рекламы, а издатели перестали понимать, какой должна быть детская книга по содержанию и оформлению (оформление тоже в упадке). Детская литература копирует взрослую: ажиотаж вокруг сенсаций, море подражаний нескольким бестселлерам, издается даже плагиат. Алгоритм издателей: раз взрослым нравится читать про бандитов, выпустим для детей книги про малолетку-преступника Артемиса Фаула , они же в моде на Западе. Оскорбительна и установка на то, что детские книги (и кино, и мультики) непременно должны приносить выгоду. В эту сферу кинулись толпы дилетантов с идеей «для детей писать проще», хотя, наоборот, это сложнее: нужно писать лучше, чем для взрослых! Мало переиздается классика прошлых лет, и наша, и зарубежная. В целом налицо крен в сторону слабых переводных книг, часто в скверных переводах (гибель нашей блестящей школы перевода – отдельная, горькая тема). Что нужно? Возвращать забытые книги, искать новых авторов, помогать им – скажем, грантами. Нужна независимая пресса о новинках. Уже три года конкурсу детской книги «Заветная мечта» , но книги номинантов и финалистов выходят крошечными тиражами, оседают в столице и в Петербурге, не доходя до регионов. В результате неплохие книги остаются неизвестными. У Л.Улицкой есть умный проект – «Хорошая книга», рассылка книг по регионам, с рекомендацией лично от нее. Но это капля в море. Литературе надо помогать, а ее у нас душат: Союз Писателей выселили из особняка на Шпалерной, издательство «Детгиз» – из особняка на Фонтанке. Кому-то захотелось сделать там отели с ресторанами.

 

Знаю, что вы видите проблему и в том, что размыта граница между детской и подростковой книгой. В чем здесь опасность?

 

А.Б., В.П.: – Проблема в размывании границ между целевыми аудиториями. Писатель не обязан думать о том, для какого возраста пишет, – результат покажет. Решать, для кого книга, как ее издать, должны издатели и редакторы. Сейчас из книг исчезли привычные надписи «для такого-то возраста». Опасность в том, что ребенка преждевременно подталкивают читать подростковую литературу и, значит, заставляют слишком рано взрослеть, превращают в потребителя, лишают детства.

 

Итак, еще одна проблема: насильственное взросление детей в обществе потребления. Ребенка буквально затаскивают в мир взрослых. Чем это чревато? Не в этом ли корни противоположного явления – взрослого инфантилизма?

 

А.Б., В.П .: – Оба эти явления - одного порядка. Обществу потребления удобно иметь однородную аудиторию, ее проще зомбировать и обслуживать. Тот же фильм или книгу смотрят или читают и в 13, и в 40. Плоды коммерческой уравниловки – и рано повзрослевшие и ожесточившиеся дети, и взрослые, не желающие вырасти, нести ответственность за мир вокруг. Такие подростки и взрослые будут, например, бросать окурки на землю, потому что «все так делают».

Другая сторона вопроса – бум «раннего развития», обострившийся в последние годы. Похоже, детей в нашем обществе не любят и хотят поскорее сделать из них взрослых, а не по возрасту развитый ребенок – предмет престижа и хвастовства мам. К школе такие вундеркинды выбиваются из сил и нередко начинают сопротивляться знаниям, и вина не на них – на родителях. Отсюда и ощущение, что подростки «не наигрались», и их нежелание читать ничего сложнее фэнтези средней руки.

 

Я предлагаю – по крайней мере, в нашем разговоре вместо термина «массовая культура» использовать термин «коммерческая культура», т.е. говорить о той области, где «счастье – это прибыль». Почему же считается, что прибыль может принести только возбуждение и удовлетворение низовых проявлений человеческой натуры агрессии, секса и насилия?

 

А.Б., В.П .: – Коммерческая культура всегда искала прибыли, а некоммерческая выгоды не принесет никогда, это норма. Однако технический прогресс помогает тиражированию пошлости и насилия. Делать из человека зверя просто, достаточно сказать «расслабься, не делай усилий, не думай». Выгодно пробуждать животные реакции в детях и подростках. Потребители коммерческой культуры – аудитория удобная, ею легко манипулировать. Потому-то коммерческую культуру всегда поддерживает государство, ему она нужна как рычаг для управления средним человеком, чтобы в любой миг отправить потребителя голосовать за кого нужно или за варварство вроде «Газпром-сити» или катка на Дворцовой площади. Потребителю все равно, что творится в стране, что делается с экологией, с обликом города, лишь бы развлекали, как обещают, и не требовали напрягать мозги.

Наша с вами задача – переманивать небезнадежных на свою сторону, показывать, что бывает и другая культура. Из оболваненного и социально безразличного ребенка вырастет управляемый взрослый. Уберечь детей от влияния коммерческой культуры невозможно, но родители в силах привить им стойкий иммунитет к ней. При условии, что считают это нужным – а так полагают не все взрослые.

 

В чем разгадка феноменального успеха «Гарри Поттера», который по тиражам едва ли не сравнялся с Библией? И почему ему – по крайней мере, количественно проигрывает «старая добрая детская литература»?

 

А.Б., В.П . – Сравнение Библии и «Поттера» – общее место, но оно кощунственно в любом контексте. Успех книги – плод отличной работы маркетологов . Тираж и популярность – еще не знак качества. Зачем подлинным талантам реклама? Они найдут своего читателя и без миллионных тиражей, и примеров хватает. «Поттер» похож на фаст-фуд : модно, вроде бы вкусно, но нет смысла, нет пользы, а вызывает привыкание. В нем много того, что нравится детям, но чему не стоит потакать. Допустят ли хорошие родители, чтобы ребенок питался только фаст-фудом ? Нет. Скверно и то, что из обычной книги сделали культ. Сам по себе «Поттер» – книга слабая, вторичная, этически сомнительная, путает добро и зло. При публикации (и при издании в России) замалчивалось, что «Поттер» – плагиат из Дианы У. Джонс, живого классика английской литературы, открытого у нас с опозданием на 20 лет! А «старая добрая детская литература» никуда, к счастью, не делась; то, что ее издают меньше – вина издателей. Т.Янссон , А.Линдгрен, Я.Корчака будут читать и когда о Роулинг забудут, как забыли о Чарской, вокруг которой тоже в свое время была массовая истерия.

 

Я вспоминаю один из рассказов Виктора Драгунского из «Денискиных рассказов», где Дениске мама вместо боксерской груши достала с антресолей старого плюшевого медведя. И мальчик не смог его ударить, потому что – друг. Порой кажется, что сейчас такой рассказ просто не мог бы быть написан.

 

А.Б., В.П . – Он может быть написан когда угодно – пока есть на свете детские писатели. И сейчас много книг гуманистических, заставляющих задуматься даже самого маленького ребенка, учащих совестливости. Нашли ли они читателя? Вопрос вновь в издательской политике: за издание таких книг надо браться, не гонясь за выгодой.

 

А есть ли среди детских писателей современный Носов, современный Драгунский, современный, не побоюсь этого имени, Горький? Остались ли еще реалисты, учащие добру? Или – только сказочники с волшебными палочками, драконами и феями?

 

А.Б., В.П. : – Детских писателей много, самых разных, но их нужно искать и публиковать. Не хватает книг о школе, о животных, о путешествиях, хорошей научно-популярной литературы. Преобладают фантастика и детектив – они прибыльнее. Нестандартные книги, те, что вне рыночных ниш, не издаются или из-за мизерного тиража становятся редкостью еще в типографии. В загоне также наши анимация и кино для детей, даже сказочные: их вытеснила голливудская продукция, а она в основном – тот же «фаст-фуд» со ставкой на зрелищность и размах.

На сказки сейчас создана искусственная мода, из-за инфантилизации общества, но на гребне – развлекательные однодневки. Подлинная литература – вне моды, она не делится на сказки и не-сказки , но на хорошую и халтурную. А сказка – понятие широкое. «Король Матиуш» Корчака, одна из мощнейших в нравственном смысле детских книг – это сказочные приключения? Но ведь в ней много реалистического. А «Муми-тролли»?

 

- Вы ведь тоже пишете сказочные приключения. Так получилось или это осознанный выбор?

 

А.Б., В.П .: – Мы начали со сказок, потому что любим их. Возможно, потом напишем что-нибудь реалистическое. Важен ведь акцент не на приключения и не на антураж, а на человеческие отношения и вечные ценности. Однако читателю порой легче усвоить определенные уроки, если они вплетены в сказочную ткань. Сортировать авторов по жанрам – дело редакторов или исследователей. Наше дело – книжки писать.

 

 

НА ГЛАВНУЮ ЗОЛОТЫЕ ИМЕНА БРОНЗОВОГО ВЕКА МЫСЛИ СЛОВА, СЛОВА, СЛОВА РЕДАКЦИЯ ГАЛЕРЕЯ БИБЛИОТЕКА АВТОРЫ
   

Партнеры:
  Журнал "Звезда" | Образовательный проект - "Нефиктивное образование" | Издательский центр "Пушкинского фонда"
 
Support HKey
Rambler's Top100    Яндекс цитирования    Рейтинг@Mail.ru