ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ПРОЕКТ На главную



 

Поселение на территории Элевсина возникло в бронзовом веке. Наиболее древние археологические находки относятся к среднеэлладскому периоду (2000-1600 г. до н.э.). На вершине элевсинского акрополя, на южном и юго-восточном склонах археологами найдены фрагменты монохромной и расписной керамики, напоминающей раннеэлладские и кикладские образцы, куски сырцового кирпича, камни, составлявшие, вероятно, фундаменты домов, обгоревшие куски дерева, кости животных, единичные захоронения.

На заре своей истории Элевсин занимал определенное место в микенском мире. Он не был крупным центром (таким как Микены, Тиринф, Пилос), а относился скорее к многочисленным провинциальным земледельческим поселениям материковой Греции, в которых в конечном счете обитала большая часть населения того времени.

Во второй половине II тыс. до н.э., в позднеэлладский период, территория поселения несколько увеличилась в восточном направлении. Находки этого периода отличаются большим количеством и лучшей сохранностью, четко прослеживаются остатки каменной кладки. В I позднеэлладский период (приблизительно в XVI в. до н.э.) появляются первые постройки на вершине элевсинского акрополя. Ко II позднеэлладскому периоду (XV в. до н.э.) относятся остатки древнего сооружения на восточном склоне акрополя на месте будущего Телестериона (от τέλος – мистерия). Это здание получило название мегарона В. Мегарон В был построен на возвышенности перед элевсинской равниной, ориентирован на юго-восток. Здание имело внушительные для того времени размеры: это прямоугольник (10,50 x 7,30 м) с толстыми стенами (около 60 см), разделенный перегородкой на две части. По оси главного помещения найдены две базы колонн, поддерживавших крышу. Можно предположить, что таких колонн было четыре, по аналогии с другими мегаронами микенского времени. Перед мегароном В была построена прямоугольная площадка (3,40 м x 2,00 м), по сторонам которой располагались две широкие лестницы с четырьмя ступенями.

Сложный характер архитектуры, единство места на протяжении веков, наличие статуэток, использовавшихся, вероятно, в сакральных целях – все это позволяет предположить, что под руинами Телестериона скрываются первые постройки культового характера, восходящие к XV-XIII вв. до н.э. и служившие, вероятно, основой для развития позднейших комплексов Телестериона. Археолог Г. Милонас на основаннии археологического материала, доказывает, что мегарон В и есть тот самый храм Деметры, о строительстве которого сообщает гомеровский гимн:

 

Пусть же великий воздвигнут мне храм и жертвенник в храме

Целым народом под городом здесь, под высокой стеною,

Чтобы стоял на холме, выдающимся над Каллихором.

Таинства ж в нем я сама учрежу, чтобы впредь по обряду

Чин совершая священный, на милость вы дух мой склоняли.

(перевод В.В. Вересаева)

 

Упоминаемый Гомером Каллихор – священный колодец. К.Куруниотис, который проводил здесь раскопки в 1930 г., открыл восточнее мегарона В колодец микенского времени, перекрытый стеной террасы в результате Кимоновской реконструкции святилища. Г.Милонас доказал, что именно этот колодец носил в древности имя Каллихорон, которое позднее (приблизительно в середине V в. до н.э.) вместе с обрядами, с ним связанными, было перенесено на новый колодец, расположенный возле Больших Пропилей.

Присоединением Элевсина к Афинам и увеличением числа желающих участвовать в таинствах, а также реформаторской политикой Солона был вызван новый этап в архитектурной реконструкции элевсинского храмового комплекса. Восточная терраса на склоне элевсинского акрополя была расширена в южном направлении. На ней, на месте сооружений гомеровского времени, был построен новый Телестерион, который по времени создания принято называть Солоновским. Это было прямоугольное здание (14 x 24 м) с входом на восточной стороне и толстыми стенами. Внутри этого святилища находилась комната для хранения священных предметов – анакторон Деметры, где помещались святыни... Исследовав пол святилища, И.Травлос сделал вывод о том, что анакторон занимал юго-западную часть храма и представлял собой небольшую вытянутую комнату (3 x 12 м.). Это предположение подтверждается тем, что эта площадь прежде была занята мегароном В, а позднее – анактороном последующих телестерионов. Таким образом, выводы И.Травлоса не противоречат идее о континуитете культового места.

Если в обычном греческом храме все священнодействия происходили под открытым небом, а в храме находились только статуя божества, которому было посвящено святилище, и храмовая утварь, то отличие элевсинского Телестериона заключалось в том, что большинство религиозных церемоний и обрядов совершалось внутри храма. Этим и объясняются относительно большие размеры святилища и особенности его архитектуры.

Следующий этап строительства в Элевсине связан с деятельностью афинских тиранов, которые пытались завоевать благосклонность богов и народа и продемонстрировать тождество граждан, полиса и существующей формы власти. Новый Телестерион в Элевсине был построен на том же месте, что и храм времени Солона: на расширенной в западном направлении террасе. Писистратовский Телестерион был почти квадратный в плане (25,30 x 27,10 м). Восточную сторону его украшал портик в две колонны глубиной, с трех сторон имевший ступеньки. Из портика в храм вели три двери. Крышу храма поддерживали колонны. Вдоль стен внутри храма находились ряды ступеней, служившие, вероятно, зрительскими местами (аналогично местам для зрителей в греческом театре). Ocвещался Телестерион писистратовского времени, вероятно, через окна, находившиеся в верхней части северной и южной стен. Сожженное персами, это здание стало отстраиваться при Кимоне ок. 465 г. до н. э. Зал был задуман более монумен­тальным, с большим числом колонн, но замысел не воплотили в жизнь.

В результате археологических раскопок обнаружено, что в юго-западном углу здания ступеньки, идущие вдоль стен, прерываются, а камни, образующие пол в этом месте, возвышаются приблизительно на тридцать сантиметров по сравнению с уровнем пола во всем храме. Согласно предположению И.Травлоса, здесь располагался анакторон, занимавший то же самое место, что и в солоновском Телестерионе. Площадь анакторона была небольшая (12,5 х 3,0 м), что вполне соответствует его функциям. Здесь хранились элевсинские святыни, которые гиерофант показывал мистам в конце посвящения, открывая двери анакторона. Также анакторон открывался 13-го Боэдромиона, когда святыни доставались оттуда, чтобы к началу праздника перенести их в Афины, и 20-Боэдромиона, когда эти святыни помещались на место. Анакторон не был местом сбора людей, туда мог входить только гиерофант, поэтому и размеры его могли быть небольшими.

Святилище Деметры было одним из важнейших в Античном мире. Его расширяли и украшали римские императоры. Закрыл же его Феодосий в 392 г. А в 396 г., после вторжения в Грецию войск короля вестготов Алариха, святилище окончательно пришло в упадок.

 

Элевсинские мистерии модифицировали старый религиозный обряд, с сыном-солнцем в центре его (теперь глубоко скрытым и превращенным в младенца, мальчика, юношу), и выдвинули новую доктрину о возможности прижизненного приобщения к смерти. Культ уходил корнями глубоко в неолитическую эпоху, когда с переходом людей от присваивающего к производящему хозяйству, названным историками «неолитической революцией», были потрясены устои матриархального мира. Именно тогда мать-прародительница, у которой отобрали права на ритуал воспроизведения жизни, дала призрачный отпрыск, деву, и они стали вместе почитаться как «две богини». У греков их представляли Деметра и Кора, имена которых и означают «Мать-земля» и «Дева». Дева заменила былого сына, мать осталась спасительницей.

Положенный в основу Элевсинских мистерий миф гласил, что как-то Кора, собирая с подругами цветы на берегу Океана, оказалась похищенной богом загробного мира Аидом. Ее похитили с согласия Зевса-отца, но Деметра ничего об этом не знала и день за днем искала дочь, обходя все края и земли, пока, наконец, богиня Геката, ночной двойник Артемиды-луны, не навела ее на мысль вопросить бога солнца Гелиоса. И тот рассказал о похищении. Разгневанная Деметра повергла мир в голод и засуху, пока не нашла свою дочь и пока Зевс не гарантировал, что та будет проводить две трети года на земле и только одну треть — в Аиде. Этот чисто земледельческий миф был связан с осенним ритуалом озимого сева и отправлялся в равнинном Элевсине, вокруг которого простирались Рарийские поля. Кора — лунная богиня. В искусстве греков ее постоянный атрибут — горящий факел. Многодневные мистерии, вероятно, связывались с днем осеннего равноденствия, а нахождение Коры Деметр ой — с рождением на небе новой луны, которая была видна сквозь гипетральную — открытую в небо — кровлю Элевсинско го храма (такая кровля предполагается и в Парфеноне). Другое имя Коры было Персефона — Убивающая свет; вероятно, она «убивала» солнечный свет (сына), т. е. выступала в той же роли, что и мать.

Ритуал никогда ничего не забывает, и образ сына тоже присутствует в нем, но в служебной позиции. В прекрасном «Гомеровом гимне к Деметре» упоминается мальчик Демофон, сын элевсинского царя Келея, няней к которому нанялась Деметра во время своих скорбных странствий. Ритуал бессмертия, которым богиня-мать хотела наделить младенца, был подсмотрен и нарушен его матерью. Другой мальчик, более взрослый и вошедший в иконографию, был Триптолем (его имя перетолковыва лось как «Трижды вспахивающий»), которого тоже называли (вместо Демофона) сыном элевсинского царя. Триптолем прославился тем, что был послан «двумя богинями» на запряженной крылатыми драконами небесной колеснице разносить по земле их дар — пшеничный колос.

Триптолем, бесспорно, один из древнейших персонажей элевсинской религии. Недаром многие авторы называют его сыном героя Элевсина. Триптолем был привлечен в гомеровский гимн в качестве знатного вождя, но в народной религии он, скорее всего, являлся локальным божеством плодородия. На Рарийском поле были древние запашки, посвященные Триптолему, который и считается первым пахарем. Триптолем получал жертвы наряду с другими богами, в частности, на Халоях на жертвоприношении первинок, поступавших в элевсинский храм. Павсаний упоминает храм Триптолема, украшенный рельефами. В Афинах Триптолем почитался в одном храме с Деметрой и имел жреца. Вероятно, при становлении и оформлении культа Деметры в Элевсине это древнее божество прочно соединилось с богиней земледелия, а после присоединения Элевсина к Афинам Триптолем стал почитаться вместе с Великими Богинями и в Афинах.

Это одна из распространенных тем в искусстве классики наилучшее представление о которой дает большой посвятитель­ный рельеф из Элевсина, ок. 440—430 гг. до н. э. Он выстроен строго симметрично, почти геральдически: Триптолем стоит в центре, зажатый двумя монументальными фигурами богинь. Обе они «отделяют» его от себя высокими «жезлами»: у Деметры это скипетр с «лилейным» увенчанием, у Коры — мощный «каннелированный» факел. Триптолем обращается к Деметре, вручающей ему пшеничный злак, а Кора возлагает ему на голову венок. Предполагают, что оба атрибута были металлическими. Рельеф очень плоский и для своего времени явно архаичный: позы обнаженного Триптолема и обеих богинь — при профильном аспекте их грудь и торсы даны в три четверти — близки изображениям умерших на поздних ионийских стелах, и не чувствуется новой трактовки человеческого тела, которую дал фриз Парфенона. Аттический мастер, тонкий и деликатный, работал в «старинном стиле».

Триптолем, которого отправляют богини в небесное странствие, — явный солнечный бог, один из многочисленных паредров девы/матери. Кроме него, это Посейдон, постоянный супруг Деметры в мифах; Зевс, отец Коры; Дионис, Иакх — одна из специально-элевсинских ипостасей Диониса; Геракл и, конечно, Ясион, загадочный бог-«Целитель» (по имени схожий с Медеиным Ясоном), с которым Деметра сочеталась браком на «трижды вспаханном поле».


Элевсинские таинства справлялись в Элевсине с минойско-микенских времен, но с VI в. до н. э. Афины активно включились в организацию празднества, и оно устраивалось теперь «между двумя городами». Во-первых, в Афинах весной (в марте, когда появлялись цветы) справлялись Малые мистерии. Малые мистерии Элевсина – миезис – не были тайными, смысл миезиса, заключался в священном браке Диониса и Персефоны. Персефона – душа каждого человека, она похищается смертью. Дионис – бог, познавший смерть и воскресший, каждый человек подобен ему. Дионис отождествлялся с Гадесом, души умерших соединялись с ним как с Гадесом, но воскресали вместе с Дионисом. Персефона – критская бритомартис (сладостная дева) – она афейя т.е. бессмертная.
Миезис заканчивался очищениями – омовениями в море и принесением в жертву животного, символизирующими смерть человека и рождение миста. Все посвящённые после этого шли целый день процессией из Афин в Элевсин. По пути они призывали Диониса особым образом: «Иакх!». На закате они входили в Элевсин и то, что происходило там в течении 4-х дней для учёных остаётся загадкой, т.к. это никому никогда не разглашалось.

Осенью собирались Великие Элевсинии при огромном стечении народа, с рядом церемоний, отправляв­шихся в Афинах. Принимать участие в них могли все, у кого были «чистые руки» (не запятнанные кровопролитием), кто знал греческий язык и предварительно прошел Малые мистерии. Каждый мист получал в Афинах наставника, под его руководством проходил архаичный ритуал возрождения «К морю, мисты»: нырял в море вместе с купленным п осенком — образом новорожденн ого солнца, который после совершения обряда приносился в жертву.

Затем в Элевсин отправлялась огромная процессия под предводительством Иакха (статуи), проходившая ряд ритуальных пунктов. Одним из них был мост через реку Кефис: на нем проходивших осыпали проклятиями — это значило, что они идут в преисподнюю.

По прибытии в Элевсин мисты собирались после очищений в специальном зале для мистерий, Телестерионе. Здесь воспроизводилась история пропажи, поисков и нахождения Коры Деметрой. Мистерии отправлялись в трех разных формах: «дромена» (деяния), «легомена» (словесный текст) и «дейкнюмена» (явления). Прихожане повергались в необыкновенный ужас и ст pax, отовсюду слышались странные шумы и голоса, свет неровно врывался и исчезал, люди терялись в лабиринтах здания. Когда Кору наконец находили, всех охватывало невероятное счастье. Мистам являли образ некоей святейшей святыни — возможно, то был пшеничный колос. После дней новолуния на небе рождался лунный серп, и голос главного жреца, иерофанта (открывающего священное) торжественно возвещал: «Бримо родила Бримоса» (Могучая родила Могучего). Это означало возрождение солнечного сына. Таким образом, у матери рождались сразу и луна-дочь, и солнце-сын.

Завершались Элевсинские таинства переодеванием мистов в новые белые одежды, совершением ритуальных либаций на четыре стороны света и возвращением домой. На обратном пути на мосту через реку Кефис их осыпали насмешками, что означало выход из преисподней на свет. Через год мисты могли пройти более высокую и уже окончательную степень посвящения — эпоптею. Как говорит название, центральным моментом ритуала было видение некоего священнейшего предмета; возможно, это был цветок, прародитель пшеничного злака — не исключено, что его представлял крокус, роль которого исключительно велика и в Элевсинском празднике, и в Панафинеях. Все происходившее на мистериях запрещалось разглашать под страхом смерти.

 



Элевсинское Святилище предваряет большой двор [1], примыкающий к северному входу – Большим Пропилеям [2]. Его размеры составляют 65 x 40 м., он выложен большими прямоугольными мраморными плитами и датируется временем Римской империи. Здесь верующие собрались для подготовки к священным церемониям. Римские императоры украсили двор прекрасными зданиями­ . Три дороги заканчивались в этом дворе: Священный Путь, начинавшийся на Афинской Агоре (и приводящий к северо-восточному краю двора), дорога из гавани Элевсина, приводящая к Восточной арке [5], и дорога из Мегары, упиравшаяся в Западную арку [6].


С северо-востока римский двор ограничивали Портик [3], Фонтан [4], упиравшийся в Восточную триумфальную арку [5]. Сейчас ее детали временно разложены на прилегающей территории, а основа находится в своем первоначальном положении, около Фонтана, частично восстановленного. Арка из пентелейского мрамора коринфского ордера достигала высоты 16 м. Нижняя часть арки составляла 4,85 м. шириной в пороге. С обеих сторон базы арки декорированы пересекающимися смолистыми факелами – атрибутами Деметры и Персефоны. На эпистиле арки выгравирована посвятительная надпись: TOIN ΘΕΟΙΝ ΚΑΙ ΤΩ AYTOKPATOPI ΟΙ ΠΑΝΕΛΛΗΝΕΣ (Греция богиням и императору). Верхняя часть арки была разделена на три секции коринфскими колоннами. Фронтон, который теперь лежит около основания, первоначально украшал центральную секцию. Восточная Триумфальная Арка, как и ее западная «сестра» являлась близкой копией Арки Адриана в Афинах. Возведение этих арок относится ко времени правления Антонина Пия или Марка Аврелия. Основание Западной арки – на ее прежнем месте в западном конце римского двора.

На северо-западе римский двор также ограничен портиком [7], фундамент которого сохранился. Непосредственно перед входом на римский двор можно обнаружить остатки полукруглого здания – Экседры [8], вероятно, служившей для наблюдения за пребывающей процессией из Афин. Впрочем, некоторые исследователи полагают, что экседра являлась основой для статуй.

Центр римского двора занимал Храм Артемиды и Посейдона [9], представлявший собой дорический тетрастиль из пентелейского мрамора с деревянной крышей, покрытой терракотовыми плитками. Время его строительства относится к периоду царствования Марка Аврелия.

Мраморное прямоугольное основание размером 3,70 x 3,08 м., на восток от храма было идентифицировано как Алтарь Артемиды [10], а остатки основания, 4 x 3,35 м., к северу от храма как Алтарь Посейдона [11].

Недалеко от храма Артемиды находится Эсхара [12] – алтарь, сформированный из кирпичей 1,43 м. длиной и 1,06 м. шириной, уходящий на глубину 1,75 м. Внутри алтаря сохранились шесть вытяжных труб. Выступ по периметру поддерживал железную решетку, на которую клали жертвы для огненного сожжения. Существующий алтарь – римского времени, и возможно, был сооружен одновременно с римским двором. Однако до него на этом месте располагались алтари для жертв богиням (Персефоне и Деметре).

К Большим Пропилеям на юго-восточном крае римского двора примыкает Каллихорон [14]. Он на 1,35 м. ниже уровня римского двора, от которого отделен окружающей стеной. Каллихорон – здание с водоемом, в котором девушки водили хоровод, посвященный Деметре. Это сооружение из серо-фиолетового элевсинского мрамора в виде многоугольника было построено по мнению археолога Милонаса при Писистрате, чтобы заменить другой, который, упоминает еще Гомер в своем гимне. Первый Каллихорон вышел из употребления из-за строительства стены Писистрата.


Остатки Больших Пропилей [15] замыкают южную часть римского двора. Главный вход в Святилище римского периода, вероятно, был расположен на участке старых Пропилей Кимона [16]. Представлял собой точную копию центральной секции Пропилей Афинского Акрополя и состоял из двух подъездов, внешнего на севере и внутреннего на юге. Каждый имел фасад с шестью дорическими колоннами. Позади двух центральных дорических колонн северного подъезда шли два ряда ионических колонн (по три в каждом), которые поддерживали глубокий вестибюль. Дорические колонны северного фасада были увенчаны антаблементом с горизонтальным архитравом, бордюром из триглифов и метоп, и, наконец, фронтоном, в центре которого располагался тимпан с изображением императора. Строительство Пропилей приписывается Адриану, Антонину Пию или Марку Аврелию, сходство с портретами которого обнаруживает изображение в тимпане.

Служебная зона Святилища простиралась по обе стороны от Больших Пропилей, включая складские помещения и административные здания. С востока область была ограничена на юго-западе секцией c тены Писистрата [21-22] и на северо-востоке стеной Кимона [25-26-27]. Внешняя часть стены Кимона была восстановлена в римский период и усилена новой секцией укреплений. В этой восточной части служебной зоны сегодня можно увидеть руины подземной римской цистерны со сводчатыми куполами и арками [28].

Западная часть служебной зоны была ограничена на юге Акрополем, а на севере и западе стеной Писистрата [17-18-19]. Здесь обнаружены фундаменты продолговатого здания, построенного из серо-фиолетового камня, предназначенного для хранения первых плодов [31]. Находящееся неподалеку помещение было идентифицировано как Дом Герольдов [32]. Это здание использовалось жрецами для их встреч и церемоний. Оно состояло из четырех комнат: три на юге (располагались на более высоком уровне) и одна, большая, на севере. В центральной комнате южной группы была найдена фреска, изображающая Зевса и священные культовые принадлежности.


Покидая Большие Пропилеи и служебную зону, паломники подходили к Малым Пропилеям [34], которые являлись входом в главную часть Святилища. Они были построены из пентилейского мрамора и примыкали к северной части стены Писистрата. Согласно латинской надписи на архитраве, Малые Пропилеи посвящены Деметре Аппием Клавдием Пульхром, консулом 54 года н.э. Перед Пропилеями на севере располагался небольшой дворик, от которого вел проход через вестибюль с двумя коринфскими колоннами (их основания до сих пор видны) и двумя пилястрами позади них. Южный фасад Пропилей был оформлен иначе: его архитрав поддерживали Кариатиды (одна из них в настоящее время находится в музее Элевсина, другая – в Кембридже).

От Малых Пропилей Священная дорога ведет к Телестериону. На этом участке сохранилась часть ее мраморного мощения [36], относящегося к римскому периоду. С обеих сторон дорога была украшена статуями и другими посвятительными дарами, постаменты которых еще кое-где сохранились.


Справа от Священного Пути расположена пещеристая скала, являвшаяся, согласно Орфическому гимну Воротами в Аид. Это зона, отделенная в древности стеной, называлась Плутонионом [37]. В ее центре обнаружен фундамент маленького здания, которое было идентифицирован как Храм Плутона [38] 4 века н.э. Ранее на том же месте располагался храм Аида времен Писистрата. Здесь верующие, возможно, наблюдали ежегодное возвращение Коры к матери в Элевсин.

 



К югу от Плутониона, в скале, сохранилась экседра [39] к которой вела лестница, поднимавшаяся от Священной дороги. По всей видимости с этой экседры паломники наблюдали какие-то священные обряды, совершающиеся поблизости. Еще южнее располагался храм Гекаты [40]. А за ним углубление в скале глубиной примерно 0,53 м., служащее своеобразной «копилкой» для подношений паломников [42].

С восточной стороны Священной дороги напротив лестницы, ведущей к храму Гекаты видна маленькая скала. Это Агеластос Петра ("Скорбный Камень") [41] – то место, на которое присела скорбящая и усталая Деметра, придя в Элевсин.

Продолжая двигаться на юг, паломники проходили мимо Храма F [49], построенного на искусственной террасе в римскую эпоху. Храм имел размеры 14,10 x 11,20 м. и, возможно, был посвящен Сабине, жене императора Адриана. Так называемые «Парфеноновские скульптуры»[*], некоторые из которых демонстрируются в музее Элевсина, происходят из этого здания.

Конец Священной дороги упирается в северо-восточную дверь Телестериона [50], самого священного и важного здания в Святилище Деметры.

Как уже упоминалось, считается, что первый Телестерион был построен еще в микенский период как дом для Деметры. Позже Телестерион стал залом, в котором воспроизводились события, связанные с жизнью Деметры и Персефоны, и верующие приобщались к Таинствам богини. Существующие руины Телестериона принадлежат четырем последним фазам строительства здания. Его квадратный план соответствует проекту Иктина.

Телестерион Иктина был в плане почти правильным квадратом; здание примыкало с запада к скале, в которой на уров­не половины его высоты была высечена терраса. Возможно с трех других сторон его окружала колоннада. По обоим концам террасы в скале были высечены лестницы, ведшие к стилобату, — вокруг здания был задуман широкий обход. Внутри Телестериона по периметру стен было устроено восемь рядов узких ступе­ней, отчасти высеченных в скале еще при Кимоне. На них сто­яли зрители, созерцая действо, происходившее в центре зала. Вместо леса Кимоновых колонн (семь рядов по семь колонн планировалось только 20 (4 ряда по 5 колонн); перекрытие явно было деревянным. Крышу и галереи, расположенные над местами для зрителей, поддерживали двухъярусные колоннады. Вероятно, на галереи попадали с описанной западной террасы. Предполагают, что кровля была пирамидальной, с отверстием в центре. Центральная часть Телестериона, где происходило действо, могла отгораживаться от зрителя занавесами.

Вероятно, здание не достроили по каким-то причинам, и строители частично вернулись к плану Кимона: наружной колоннады не возвели, крыша осталась двускатной (ее конек шел по оси запад — восток). Здание расширили в сторону скалы и снабдили его внутри 42 колоннами (6 рядов по 7 колонн). История Телестериона продолжалась и впоследствии. В середине IV в. до н. э. к нему с востока стали пристраивать четырнадцатиколонный дорический портик [51], который продолжал возводить в конце того же века известный архитектор Филон, но так и не был закончил: колонны остались без каннелюр.

Многострадальная история Телестериона показывает, что Иктин пытался придать зданию для посвящений особый духовный смысл: внутреннее пространство сделал более ясным и цельным, устроил, как в Парфеноне, «лестницу в небо», а световым фонарем открыл «путь» в реальные небеса. Кроме того, Иктин, может быть, вдохновленный идеей Кимона, связал свое совершенное (квадратное) здание со скалой. Интерьер, в котором отправлялся ритуал умирани -воскрешения, мыслившийся в космогонических воззрениях как первобытная толща вод (а в аграрных мифах как подземное царство), он связал с внутренностью горы. «Загробное» действо, таким образом, стремилось уйти из искусственной постройки в реальную гору, в самое лоно ее. При всей отточенности мысли архитектора его здание мало было похоже на храм, и потому Иктин стал тяготеть к связи архитектурного образа с природной «горой». Это можно расценивать как знак потери греческим храмом своего былого «спасительного» значения.

В римские времена Телестерион был сожжен дотла вторжением дакийского племени Костобоки, возможно в 170 г. нашей эры. Восстановленное Антонином Пием или Марком Аврелием здание, соответствовало старому плану классического периода. Длина зала была увеличена на 2,15 м., однако, сократилась в сторону холма, так, чтобы приобрести почти квадратный план 56 x 54,50 м. Анакторон [52], прямоугольный в плане (14,20 х 5,60 м.), располагался почти в центре зала. Он хранил священные объекты Деметры и символизировал присутствие богини.

Непригодность восточного склона холма для размещения большого храма, привела к тому, что в позднейшие времена, развиваясь из мегарона Деметры [53], Телестерион занимал искусственную террасу, которую формировали вдаваясь в скалистую основу на западе и делая насыпь на востоке, укрепленную сильными стенами. В пределах этого участка сохранились фундаменты храма периода Солона [54], Писистрата [55], Кимона [56].

Проходя через портик Филона, паломники оказывались в Восточном дворе Святилища [56], в котором сохранились постаменты различных посвятительных даров и надписи. К югу от Восточного двора и Телестериона располагался Южный двор [57], занявший пространство южной секции стены Перикла, когда в IV в до н.э. новая стена, известная как стена Ликурга, была возведена в 360 г. до н.э. южнее [58-61]. Ее кладка подражала кладке Перикловых стен [62-66].

В юго-восточном углу так называемой стены Ликурга   обнаружен фундамент продолговатого прямоугольного здания, которое было идентифицировано как Булевтерий 4 века [67]. Он состоял из трех комнат, из которых центральная была полукруглой. Именно здесь заседал Совет Старейших, Муниципалитет и иногда Совет Пятьсот. Перед Булевтерием высились стелы, установленные в честь людей, оказавших особые услуги Святилищу Деметры. В римские времена на месте Булевтерия располагался юго-восточный портик [68], стилобаты колонн которого до сих пор различимы.

Между южной башней стены Перикла [64] и восточной башней Стены Ликурга [59] лежат руины длинного здания с шестью комнатами [69]. Его пол располагался на уровне несколько ниже уровня Южного двора. Это помещение, возможно, служило складом для подношений верующих. Рядом – Южные ворота [70], к западу от которых находился последний Юго-западный римский портик [71].

На западной стороне Южного двора между стеной Телестериона и стеной Ликурга поднимается уступчатая терраса [72], возможно, римского периода, вырезанная в скале. Она, вероятно, играла роль своеобразного театра, в котором зрители наблюдали зрелища, разыгрывавшиеся в Южном дворе. За террасой, позади Телестериона расположен удлиненный Верхний двор [73] 70 м. длиной и 11,45 м. шириной. Он возвышается над Телестерионом на 7,35 м. Его западный край ограничен стеной Ликурга, которая отделяла Святилище. Эта терраса была, вероятно, построена в римский период, чтобы служить двором для храма, возведенного на скале. Храм L [76] был построен, по всей видимости во время Марка Аврелия в честь Фаустины Старший, жены Антонина Пия, которую чтили после ее смерти как новую Деметру.

За пределами стены Святилища оставались так называемый Священный Дом [78], построенный в поздний геометрический период, несколько римских построек, в частности гимнасий [80], цистерны времен Адриана [81], фонтаны [82], купальни [83], постоялые дворы [84], термы [85].

Развалины теперь густо заросли травами, злаками Деметры и полевыми цветами. Цветы также неподвластны времени, как и камни, на которых вырезали колосья и анемоны эллины более двух тысяч лет назад.

Музей Элевсина, в котором хранятся памятники, найденные при раскопках в Святилище, обладает рядом уникальных экспонатов.

 

 


При подготовке настоящего материала использованы следующие источники:

•  Сергеева С.Н. Элевсин и Афины (с нач. II тыс. до VII в. до н.э.). Античный мир. Проблемы истории и культуры. Сборник начуных статей к 65-летию со дня рождения проф. Э.Д.Фролова. Под ред. д-ра ист. наук. И.Я.Фроянова. СПб., 1998.

•  Kalliope Preka-Alexandri. Eleusis. Athens . 2003 .

•  Акимова Л. Искусство Древней Греции. Классика. СПб., 2007.

Фотографии: Алексея Машевского, Елены Осиповой, Ирины Остроумовой, Василия Русакова.

 

* Скульптуры из храма F являются копиями 2 в. н. э. знаменитых скульптур западного фронтона Парфенона. В настоящее время элевсинские статуи хранятся в Национальном археологическом музее Афин. В музее Элевсина демонстрируются их копии.

 

НА ГЛАВНУЮ ЗОЛОТЫЕ ИМЕНА БРОНЗОВОГО ВЕКА МЫСЛИ СЛОВА, СЛОВА, СЛОВА РЕДАКЦИЯ ГАЛЕРЕЯ БИБЛИОТЕКА АВТОРЫ
   

Партнеры:
  Журнал "Звезда" | Образовательный проект - "Нефиктивное образование" | Издательский центр "Пушкинского фонда"
 
Support HKey
Rambler's Top100    Яндекс цитирования    Рейтинг@Mail.ru