ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ПРОЕКТ На главную



 

 

ЛЕВАЯ РУКА

Вариации на тему Востока и смерти

 

1

 

Все равно умереть когда-нибудь, умереть,

Побродить по узким улочкам Вавилона,

Ни за что ветру следы на песке не стереть -

Здесь прошла четвертая танковая колонна,

Чтобы серной спичкой в ладонях знаешь кого сгореть.

Все равно опадет нежный розовый лепесток,

Всею пошлостью жадной в жизнь не сумеет впиться,

Потому что жизнь – это жажда, жара, Ближний Восток,

Потому что смерть на запад летит, как солнце, как птица.

 

 

2

 

До свиданья, Франция! Ты скоро умрешь. Умрешь

С песком на зубах, звуком речи чужой в гортани.

Пропадут ни за цент, ни за рупию, ни за грош

Заливные луга Нормандии, яблочный сон Бретани.

Потому что жизнь не читает Верлена, не носит шелковое кашне,

Не курит «Житан», не пьет кальвадос, не играет в петанко,

Она храпит, скрипит зубами и ворочается во сне,

Гремит цепями, скрежещет гусеницами тяжелого танка.

Она пьет тормозную жидкость, стоит в очереди за кипятком,

Она вся – зашитая ржавой иглой рваная рана.

Она проходит мимо, скрипя сапогами и не думая ни о ком,

Бормоча под нос четвертую суру Корана.

 

3

 

Ошалелое солнце скрипит на зубах,

Пробирает до самых костей,

И хлопчатая правда арабских рубах

Горячее ночных новостей.

Заучи геометрию сомкнутых скал,

Перекрестье веди, не дыша,

И следи, как голодный облезлый шакал

Обгрызает приклад «калаша».

Впереди – обнаженный расстрелянный склон,

Позади – полевой лазарет…

Если смерть тебе скажет: пароль – Вавилон,

Прошепчи ей в ответ: Назарет!

 

4

 

Где пустыни измятые простыни

Палестины постлали постель,

Снятся сны по-восточному острые,

Словно сорванные с петель.

Заучи поутру перво-наперво

Позабытое слово «закон».

С прирожденной сноровкою снайпера

По стене пробегает геккон.

Не пытайся прожить это начерно,

Поскорее захлопни тетрадь.

Эта жизнь не тебе предназначена,

Не тебе эту смерть умирать.

 

5

 

Этот Бог - неправильный Бог, левша.

Целый мир в рукав реки надышал,

Целый мир нелепый и левый.

Он как будто и сам творенью не рад,

Нарядился на призрачный маскарад

Козерогом, Весами, Девой.

Скорпион прикуривает у Льва,

И слова растут, как дурная трава,

И заря полыхает справа.

Он глядит как в зеркало в полынью,

И мороз трещит, и что ни пою -

Все выходит хвала и слава.

 

ПЛАЧ ДЕЗДЕМОНЫ

Вариации на тему грозы и ночи

1

Эта ночь с курчавой смуглой червоточиной,

Этот в горло льющийся свинец,

Карандаш чернильный, кое-как заточенный,

Выпавший из времени птенец.

Напиши потемок жаркими чернилами

Как ты любишь этот черный плюш,

Кляксы звезд, как ты с ума сходил,

Как ты звонил ему,

Задыхался – вылитый Лелюш,

Как ты бормотал, как пил кусты колючие,

Изгороди, дальние огни,

Как ты умереть за них готов при случае,

Карандашик ночи послюни.

 

2

 

Это небо не застегнуто на пуговицы сна,

Потому и выпадают звезды мелкою трухой.

Это кто меня окликнул? Подмосковная весна,

То-то голос незнакомый, незнакомый и сухой.

 

Это полночь вороватая под окнами шуршит,

В сонном сумраке ворочается, ухает совой.

Ночи звездный балахон кривыми стежками зашит,

Из-за облака выглядывает месяц неживой.

 

Всей-то жизни мне осталось – эта звездная труха,

Этот месяц полупьяный да далекие огни…

Вот еще одна звезда упала за ВДНХ,

Так еще совсем немного – и останемся одни…

 

3

 

Словно легкий холодок сухого рислинга,

Отдающий раннею весной,

Неба звездного, ночного неба выслуга,

Руководство ночи прописной.

Повтори ее подробную инструкцию,

Штучных звезд колючие лучи,

Эту ночь заочную, зачитанную, русую

Как псалом соленый заучи.

Как она слабеет, отступает, пятится,

Как по нотам гасит фонари,

Как мало ей это ситцевое платьице…

Начерно ее удочери.

 

4. СОН

 

Он жжет бумаги, вспоминая про погром.

Не кишиневский, нет – двенадцатого года.

Все возвращается, он чувствует нутром.

Так ноет лоб, когда меняется погода,

И эти шалости не кончатся добром.

Что за чудовище вздыхает за окном?

Ночь, как овин, разрыта ржавыми баграми.

Он жжет бумаги и жалеет об одном –

Что лишь статистом будет в этой мелодраме.

Корявой молнией распотрошили ночь

И по губам, как по линованной бумаге

Сухое бешенство разбрызгано, точь-в-точь

Помарки времени, потемки и овраги.

И каждый куст глядит, как брошенная дочь.

 

5

Гроза суетлива, как пляжный фотограф,

И вспышка за вспышкой, и кажется, птичка

Вдруг вылетит. Липы в подоткнутых тогах

Как римляне вздорны. За спичкою спичка

Ломается в тонких измученных пальцах.

Прикуришь от молнии, лучше от слова.

Судьба истончилась муслином на пяльцах

И скоро наверно проступит основа.

 

6

Сад вскрывает магний молний.

На веранде вчетвером

В восемь рук поди, исполни

Как Малевич пьяный гром.

Чтобы черные квадраты

Льнущей к окнам темноты.

Перевесили утраты,

Ливнем смятые кусты.

 

7

Покуда ночь глядит просителем

И не решается войти,

Все будет нежным и растительным,

Как это сердце взаперти.

И как солдаты, дети с ранцами

Попарно тянутся на ют,

Где пристальное солнце Франции

По карточкам не выдают.

В конце концов, какая разница?

Мы кандидаты на убой,

Но все еще блестит и дразнится

Обмылок неба голубой.

 

 

8

 

Грохоча ступенями всамделишного трапа,

С облаков спускается июньская гроза.

Разрыдалась – замуж за ревнивого арапа,

За море, за дело, за глаза…

Раскричалась – если дож, то можно, значит,

Варвару – единственную дочь?

Слышишь, как скулит, изнемогает, плачет

Белая как Дездемона ночь…

Если дож, то – дождь, вся лиственная влага,

Весь запас соленых, невесомых слез,

Дрожь листвы, рыданье, трепетанье флага,

Расставанье, ставни, стук колес,

Форточка, платок, от слез промокший, Яго,

Ночь, гроза стихает, лунный плес…

 

 

 

9

 

Приступ Шопена, наплывы мигрени,

Желтое облако света ручного,

Детское плечико чахлой сирени,

Речь посполитая сада ночного.

Сколько больших, дорогих, незнакомых

Ломится к нам из волшебного круга,

Руки ветвей и глаза насекомых –

Как же они понимают друг друга!

Как же хотят объяснить нам, незрячим,

Не понимающим, с чем мы играем,

Шелестом влажным, шуршаньем горячим

Страх и смятенье за призрачным краем.

 

 

ЛЕТО

1

 

Овраг черемухою ахал

И пошлые стихи учил –

Щепотка сна, щепотка страха

И звезд щекотные лучи.

И это скомканное лето

Такую предлагало роль,

Как будто едешь без билета

И приближается контроль.

А за окном размах черемух,

По сонной улице пыля,

Твой каждый вздох и каждый промах

Как будто начинал с нуля.

 

2

 

Когда, играя с жизнью в шахматы

В тени осоловелых яблонь,

И окна широко распахнуты,

Как будто мат уже объявлен,

Когда, играя с жизнью – знаешь ведь,

Она всегда имеет фору, -

Когда, присев на самый краешек,

Как будто лето нам не в пору,

Как будто в этом полдне млеющем…

Когда, я говорю, играя,

И ты, и стриж в полете бреющем

Как будто изгнаны из рая…

 

 

СОЛОВЬИ

Вариации на тему русской поэзии

 

1.

 

И в темнеющих, сизых, бесплотных кустах,

И в бесцветной, сумерничающей траве,

С белой пеной любви на синюшных устах,

С непроглядной слепой синевой в голове,

В золотой темноте различая с трудом

Губы, волосы, плечи, кусты – напролом –

Этот щелк, этот шелк, этот майский дурдом

Обливая текучим лиловым стеклом.

2.

 

На зубок попробовав свинцовый

Темный воздух – жарче, лиловей

Приступил к разбору образцовый,

Правильный советский соловей.

Раскатил, примерил, переплавил

Гулкую журчащую руду,

И пошла уже игра без правил…

Как вы говорили – по труду

Каждому воздастся, не по вере?

С грозового неба – кувырком

Бледный конь и женщина на звере,

Соловьиный жаркий совнарком…

 

3. Ключ

 

Кто сказал, что в затылок стреляют враги?

Не враги, не соперники, только друзья,

Забывая разбившие сердце долги,

Не дослушав заносчивого соловья –

Те, кто вышел в тираж, те, кто вышел в князья,

Те, кто просто за пивом однажды ушел,

Оглянувшись, оставив незапертой дверь,

Не простив этот рокот, и шепот, и шелк…

И в вечерних кустах шевелящийся зверь

Словно ищет кого-то в потемках души

И не может найти, и не может уйти,

Повторяя: замри, заучи, не дыши

Этот шелк, этот щелк, эту ночь взаперти…

 

4.

 

Кто в учительской кустов, кустов соловых

Разливал, зевал, затверживал урок,

Повторял, нырял в слезах, в сетях, в уловах

Шепоток неслышный, лишний говорок?

Это соловьиной лексики, грамматики Вандея

Жадная; глаголов лживая струя,

Самого себя заслушавшись, балдея

Школой молодого соловья,

Научи журчать, не веря переводу

На язык ночной дымящейся реки,

Научи входить в одну и ту же воду

Замирая, сердцу вопреки,

Научи писать по воздуху. Как ватман

Разлиновывать глаголом ртутным, молодым,

Горьким как полынь, слезливым, неопрятным,

В небо уплывающим, как дым.

5.

 

Разрывная, горючая, гулкая страсть,

Горячее объятий твоих -

Как попытка случайную радость украсть,

Полноценную смерть на двоих.

Разыграв молодую ночную грозу,

Как сонату, в четыре руки,

Ты останешься, словно соринка в глазу,

Словно шест посредине реки.

Соловьиным стилом четвертована ночь,

И в разрыве – чужая звезда…

Не пытайся понять, не пытайся помочь,

Но останься со мной навсегда.

 

НА ГЛАВНУЮ ЗОЛОТЫЕ ИМЕНА БРОНЗОВОГО ВЕКА МЫСЛИ СЛОВА, СЛОВА, СЛОВА РЕДАКЦИЯ ГАЛЕРЕЯ БИБЛИОТЕКА АВТОРЫ
   

Партнеры:
  Журнал "Звезда" | Образовательный проект - "Нефиктивное образование" | Издательский центр "Пушкинского фонда"
 
Support HKey
Rambler's Top100    Яндекс цитирования    Рейтинг@Mail.ru