ЛИТЕРАТУРНО-ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ПРОЕКТ На главную



 

 

…Das Ohr h о ert nachts…

Georg Trakl. Musik in Mirabell

 

 

1

 

В городке, раздобревшем на соли,

где играл вундеркинд в парике,

позабудем на день о юдоли

леденящей, о стынущей воле –

погуляем с синицей в руке.

 

Что нам клич журавлиный во мраке

и безлюбых небес неуют!..

Крендель булочный (вечные знаки!).

Пиво славное пьют австрияки

и божественный «захер» жуют.

 

Вот и правильно. Вот и бесспорно:

ни к чему нам мучительный свет

этой музыки после Адорно

(кто ж не знал, что искусство тлетворно?)!..

Только шарики вкусных конфет.

 

Только сон утешительной прозы,

где муз ы ка, как струйка воды,

под журчаньем не прячет угрозы,

где сменили пуды сахарозы

кристаллической соли пуды.

 

Зальцбург

 

 

 

 

 

2

 

Мой принц, мы посетили Ваш

дворец. Теперь там – Эрмитаж

в миниатюре (модернисты:

Моне – блистает, Климт – блестит).

Но из окна всё тот же вид –

сребристый пруд и сад тенистый.

 

И Вена – вся, во всей красе –

что куст в мерцающей росе –

в огнях, готовых распылаться.

И, как отряд передовой,

вступает в город, пусть и свой,

в потемках Нижнее палаццо…

 

Савойский, зри! прошли века;

ничья не справилась рука

с полком годин необоримым –

убит и смелый наповал;

а бург стоит, как и стоял,

когда-то бывший Третьим Римом.

 

Ваш меч, его судьбы залог,

остановить османов смог.

Но наросли потом проценты

(ведь жизнь – сама взаимосвязь)…

Зачем Сараево, мой князь,

Вы захватили после Зенты!

 

Вена. Дворец Бельведер

 

 

 

3

 

Цезари, лежащие в свинцовой

немоте серебряных ларцов…

Ах, и от системы образцовой

остается прах в конце концов!

 

В этом царства схожи с человеком,

в слепоте не видящим своей,

что нелепо верить оберегам –

договорам, скипетрам царей…

 

Где величье замысла, где смысла

торжество? Лишь Евровавилон.

Утекла обратно речка Висла,

а Дунай на лужи поделен.

 

Сорок правд – на месте двуединой,

сорок кривд и сорок языков…

Полон, как сардинница сардиной,

невеселый габсбургский альков…

 

Впрочем, что я! Нам бы их печали –

с нашей суетливой нищетой!..

Выйдем – снова скрипки зазвучали,

рестораны спорят с темнотой.

 

Вена. Церковь капуцинов

 

 

 

4

 

Пятый век они идут по насту

в абсолютной тишине,

как случалось разве астронавту

на Луне.

 

Вечереет, никакого звука

во вселенной больше нет.

(Но недаром «ночью емлет ухо»

говорит поэт!)

 

Ни борзые не пугают лаем

пригород, ни птах

крики в небесах. Неузнаваем,

мир лежит впотьмах.

 

(Где он в Нидерландах эти скалы

видел, пейзажист, -

эти италийские оскалы,

шепчущие « st !2»?)

 

Только отдаленный конькобежец

на пруду

стылый мрак безвременья разрежет

музыкой во льду.

 

Вена. Музей истории искусств

 

 

 

5

 

В старческой руке тысячелетний

скипетр только чудом не дрожит…

Римский император предпоследний, -

патриарх библейский, Вечный Жид, -

 

переживший всех, похоронивший

младших братьев, сына и жену, -

как Пандорин ящик, отворивший

страшную войну.

 

Здесь он умер, слушая раскаты

рукотворных гроз,

с юности любивший «аты-баты»

и не знавший слез…

 

Мерный листопад армейских сводок,

мировой спектакль…

Где-то там вдали – какой-то Гродек 3

и какой-то Тракль.

 

Вена. Дворец Шёнбрунн

 

 

 

6

 

Музыка бывает только в Вене.

Только в Вене царственной она

неподвластна порче и подмене.

Только в Вене музыка – Жена, -

 

Дева, облаченная в свеченье,

в колыханье жаркое смычков.

Здесь ясней ее предназначенье:

«Рай таков!» - твердить нам: «Рай таков!»

 

…Или это море золотое

в белом и лазоревом цвету?..

Не решусь, как будущий Никто, я

перейти заветную черту.

 

Задержусь у ратуши с бокалом

мозельвейна: на большом панно –

оперные арии… Вокалом

этим всё, что знал, посрамлено!..

 

Безразлично мне, что дело к ночи,

что вокруг всё глуше и темней,

что до тьмы дорога всё короче…

Ночь поет! И дело только в Ней…

 

Только в Вене бурной словно в вену

введена холодная игла,

чтоб душа Прекрасную Елену

из персти земной узреть смогла.

 

Вена. У Новой ратуши

 


[1] Впервые опубликовано в журнале «Нева», 2012, №4.

[2] Аналог русского «тс-с!» у голландцев, призыв к молчанию.

[3]Городок в Галиции. «Гродек» - последнее стихотворение Георга Тракля (1887-1914).

 

 

НА ГЛАВНУЮ ЗОЛОТЫЕ ИМЕНА БРОНЗОВОГО ВЕКА МЫСЛИ СЛОВА, СЛОВА, СЛОВА РЕДАКЦИЯ ГАЛЕРЕЯ БИБЛИОТЕКА АВТОРЫ
   

Партнеры:
  Журнал "Звезда" | Образовательный проект - "Нефиктивное образование" | Издательский центр "Пушкинского фонда"
 
Support HKey
Rambler's Top100    Яндекс цитирования    Рейтинг@Mail.ru